| Комментарии: |
"Конец декабря 1962 года ознаменовался моей женитьбой на студентке-пятикурснице Гале Мироненко, что вызвало подлинный переполох на факультете [иностранных языков Смоленского пединститута, где автор заведовал кафедрой]. Под влиянием воспоминаний об аресте отца и своего близкого знакомства с западным образом жизни, в беседах [с молодой женой] я выносил нелицеприятные оценки многим сторонам советской действительности. На мои исполненные праведного гнева разоблачения насилия, чинимого нашими солдатами к концу войны, Галя отвечала, что то насилие, которое в течение четрых лет войны выносил наш народ, не могло не ожесточить его... Галя вспомнила рассказ отца о вернувшемся из побежденной Германии солдате, отдавшем из своего пайка краюшку хлеба голодному немецкому ребенку со словами: «На, ешь! Может быть, это твой батька убил моих детей в Вязьме»" (С. 149–150). Четыре разных реальности, десятки будоражащих событий и сотни поразительных встреч волею судеб сплелись в жизни одного человека – отечественного лингвиста и доктора филологических наук Георгия Сильницкого (1930–2020). Следуя за его воспоминаниями, мы переносимся сначала в Шанхай 40-х гг., где Сильницкий впервые, правда, через экран кинопроектора, познакомился к Кларком Гейблом, Мэрилин Монро и Хемфри Богартом. Вместе с автором на теплоходе для перевозки репатриантов «Н.В. Гоголь» отправляемся в Пермь, где кочуем по университетам и встречаем удивительных в своей "несоветскости" преподавателей. Дальше Ленинград, оттепель, Солженицын, Смоленск – и неожиданное сближение с тогда ещё митрополитом Кириллом. |