| Комментарии: |
Для русской философии периода её расцвета эсхатологические проблемы были невероятно актуальны. Кого ни возьми (точнее, возьми через одного) у Достоевского в «Преступлении и наказании» – авторитетно рассуждает об Откровении, а в «Идиоте» даже существует целый "профессор Апокалипсиса", профессиональный толкователь Лукьян Тимофеевич Лебедев. Поэтому новая интерпретация, хотя и необычна по нынешним временам, но вполне укладывается в русло традиции. Вообще экзегетика, – сообщают издатели, – знает четыре подхода к толкованию Апокалипсиса: претеристический, исторический, футуристический и духовный (аллегорический). В своей работе автор соединяет два, на первый взгляд, противоположных направления: историческое, трактующее Откровение как символическую историю Церкви, и футуристическое, сосредоточенное на тех последних временах, когда наступит Апокалипсис, и судьбах людей, которые его застанут. Разбирая мнения Вл. Соловьёва, Г. Федотова, А. Беляева и Л. Тихомирова, автор заключает: "У Тихомирова антихрист, в политическом отношении являющийся консерватором, – ибо он восстанавливает историческую государственность, – с другой стороны... явится перед миром с совершенно новой идеей, несравненно более революционной, чем та, которую он упразднил. Он поведет человечество к перевороту основ вселенского бытия" (С. 103–104). |